Эта публикация прославленного героя-подводника
Г.Щедрина из "Боевой вахты"-за 1976 год по-своему уникальна. Кроме откровенных воспоминаний о газете, в ней помещены редкие снимки 1939 и 1969 годов. Несомненно, этот материал вызовет интерес и у нынешних читателей флотской газеты.
Газета "Боевая вахта" – моя спутница на протяжении всей военной жизни, во всяком случае, с лейтенантского звания (а в этом счастливом звании я командовал "малюткой" и более года "щукой") до отставки. Привык считать ее своей, родной. В этом вы можете убедиться, взглянув на фото. На переднем плане в третьем отсеке Щ-110 на столе лежит она – флотская газета. Сделан это снимок в 1939 году фотокорреспондентом-вахтинцем А.С.Лубенко.
Командование подводной лодкой мне было доверено в дни, когда нашему флоту исполнилось пять лет (отмечалось в мае 1937 года). Мне было 24 года, и с того времени началась моя дружба с газетой. Получилось так, что на моей лодке беседу о пятилетнем юбилее флота проводил один из работников редакции (фамилию запамятовал). Он и попросил нас активно помогать газете. И мы как могли помогали. Был даже трагикомический случай. (Обнародовать его теперь уже можно.)
"Щука" отошла от пирса. По бухте Золотой Рог шли под одним правым дизелем. В пятом отсеке у дизеля вахту приняли старший краснофлотец Семен Харлампиев и ученик, только что прибывший из учебного отряда. Семен был опытным специалистом и активным военкором "Боевой вахты". И на этот раз он получил срочное задание редакции – дать корреспонденцию или заметку на какую-то тему. Чтобы выполнить это задание, ему нужно было обязательно быть на мостике, а не в пятом отсеке. И моторист пошел на нарушение, сказав ученику:
- Ты постой на вахте, а я на минуточку отлучусь…
И поднялся на мостик. От Комсомольской пристани на Чуркин шел пассажирский паром. И вдруг ему наперерез метнулся быстроходный катер. Паром вильнул в сторону и оказался под носом лодки в нескольких десятках метров. Создалась аварийная обстановка. Надо было резко отворачивать вправо, а работал правый дизель, не позволявший быстро это сделать.
- Право на борт! Стоп дизель!
Но дизель не останавливался, и машинный телеграф не отвечал.
Опомнившийся Харлампиев сломя голову бросился в люк, и двадцать секунд спустя дизель остановился. Столкновения не произошло, но за плохую организацию службы командир БЧ-5 был строго предупрежден, а Семен Харлампиев тут же "похромал" не гауптвахту. Нехорошо получилось. Едва не попали в аварию, а ходили в передовиках.
Вскоре пришел приказ командующего флотом. Старший краснофлотец С.Харлампиев назначался корреспондентом газеты "Боевая вахта". Много раз. мы с Сеней потом встречались и всегда вспоминали этот случай.
Кого-кого, а фотокорреспондента "Боевой вахты" Андрея Степановича Лубенко на флоте, наверное, знали все. Это был энергичнейший человек, прирожденный журналист-газетчик.
Андрей Степанович дружил со всеми, и все дружили с ним. Я не был исключением. По совести говоря, с нашей стороны эта дружба была не совсем бескорыстной, потому что он один делал то, чего не делал никто другой, – дарил нам фотографии. И вот с ним тоже был курьезный случай.
Было это в 1938 году на Щ-110. Лубенко вышел с нами на торпедную стрельбу. Человек он был дотошный, увлекающийся. Решил заснять добросовестно все от начала до конца. Заснял людей на боевых постах, в отсеках, а потом вышел наверх. Сфотографировал командира с биноклем, сигнальщика на мостике. Все как надо. И вдруг в эти минуты на боевом курсе показалась цель. Срочное погружение! И тут, к своему ужасу, я увидел, что фотокорреспондент пытается с носовой палубы заснять процесс срочного погружения. Только исключительная натренированность экипажа позволила мне приостановить погружение и предотвратить возможное несчастье – спасти фотокорреспондента в тот критический момент, когда палуба уходила уже у него из-под ног.
В 1969 году мы встретились с А.С.Лубенко у него на квартире в Севастополе. Многое мы вспомнили общего, что было с нами на Тихоокеанском флоте, и прежде всего газету "Боевая вахта". К сожалению, Андрея Степановича уже нет в живых. Но я его вспоминаю с большим уважением – одного из старейших вахтинцев, человека щедрой души.
Пусть "Боевая вахта" всегда будет такой, какой мы привыкли видеть ее с самого основания, – верным другом, которому хочется открыть свою душу.
