Под созвездием Южного Креста

За сутки до назначенного срока начала неограниченной войны всеми субмаринами в опорный сеанс связи было получено циркулярное РДО за подписью ГК ВМФ: "Всем лодкам бригады всплыть и в надводном положении возвратиться в порт временного базирования Битунг. Ждать дальнейших распоряжений, не снижая боеготовности подводных лодок. Вопрос об освобождении Западного Ириана может быть решен мирным путем".

Владимир Любимов продолжает: "Всплыли в надводное положение. Стояла темная ночь субэкваториальной зоны, на небосклоне ярко мерцали звезды. Вызвал астрономический расчет для определения места корабля в море по звездам, в том числе по звезде Южный Крест. Когда ее еще увидишь, да и увидишь ли вообще, перейдя в родное Северное полушарие планеты Земля?! Невязка осред-ненного места лодки по звездам оказалась 1,5 мили. Отличный результат!

Начали вентилирование отсеков работающим дизелем "на просос" и пуском вентиляторов на вентилирование отсеков. Подводники ожили. Подвахтенные выпускались из душных отсеков на ходовой мостик "по секторам", чтобы подышать свежим воздухом и покурить. Итак, курс на Битунг! Под двумя дизелями в надводном положении со скоростью хода 10 узлов расчетное время перехода до порта Битунг составило двое с половиной суток (60 часов)".

Как и было предписано ранее, лодка полностью заправилась топливом и маслом, только не от обычного танкера, а от пришедшей вместе с субмаринами индонезийской бригады в Битунг индонезийской плавбазы "Тамрин". Через несколько часов после принятия ГСМ до полной нормы С-292 предстоял выход на позицию. Неожиданно пришло циркулярное РДО об откладывании операции "Алюгоро". Лодка осталась в Битунге, ожидая возвращения туда остальных.

Это РДО, как пишет Григорий Таргонин, ему понравилось. Во-первых, потому, что снимало сложности, связанные со своевременным занятием позиции патрулирования. До ближайшей точки позиции – 460 миль. До назначенного времени, с которого разрешалось применять торпедное оружие, оставалось всего 42 часа. Расчеты показали, что успеть занять свою позицию, следуя вначале по морю Банда, затем Молуккскому морю, обходя остров Моротай с севера, в принципе можно, но лишь при отсутствии противодействия сил ПЛО противника, со скоростью надводного хода 11 узлов (но это же нарушение скрытности!). Во-вторых, откладывалось подводное плавание в тяжелейших условиях тропиков без систем кондиционирования.

Вскоре в порт Битунг возвратилась С-291. Через некоторое время остальные лодки, последняя из которых -С-236, позиция патрулирования которой была самой дальней – на северовосточных подступах к Ириан Джая.

Вспоминает Рудольф Рыжиков:

"Поскольку выходили мы первые, в Битунг приходим последними. Его не узнать. На рейде – два и у причала один огромный транспорт с красными крестами на бортах. Госпитальные судадля раненых. "Тут они приготовились", – думаю про себя. Швартуемся. Все остальные лодки бригады уже тут. На стенке – цыганский табор: койки, диваны вытлщены из лодок, установлены на сухарные банки. Предосторожность, как мы потом убедились, нелишняя: по ночам между коек бегают десятки здоровенных крыс. Здесь нам и предстоит ждать решения вопроса.

Кому-то пришла в голову мысль об использовании стоящих без дела госпитальных судов как плавказарм для временного ночлега экипажей. Подхватив эту мысль, мы с Володей Колесниковым проникли на стоящее у стенки судно-госпиталь. Вернувшись, рассказали остальным старпомам, какие там прекрасные каюты и кубрики с белоснежным бельем длительные переговоры о нашем переселении. Действительно, одно такое судно могло вместить все наши экипажи. Но переговоры затянулись, а мы продолжали таборную жизнь".

Вскоре выяснилось, что госпитальные суда здесь ненадолго. Действительно, вскоре они покинули порт Битунг, а вслед за ними индонезийские плавбаза "Тамрин" и подводные лодки. Конечно, субмарины индонезийской бригады тоже участвовали в боевом патрулировании, однако позиции их нам были неизвестны.

Наше же стояние в Битунге продолжалось, продолжалась и таборная жизнь. Замкомбрига Валентин Синельников отдал распоряжение: всем лодкам, не снижая 6-часовой готовности, проводить ежемесячные ППО и ППР, межпоходовый осмотр и профилактический ремонт оружия и технических средств.

Итак, завершилась первая программа пребывания в Индонезии. Материальная часть в строю, мелкие неисправности, конечно, встречались, но они, как обычно, устранялись специалистами в процессе ухода и эксплуатации техники. Личный состав в основном здоров, некоторые недомогания подводников обычно были связаны лишь с пребыванием в непривычных условиях тропиков и большой влажности. Многие из нас предполагали, что скоро кончится и нахождение в Битунге, лодки перейдут в Сурабаю, и начнется отработка индонезийских экипажей с последующей сдачей наших субмарин индонезийской стороне. Впрочем, так оно потом и произошло. А пока ждем распоряжений из Джакарты, с плавбазы "Аяхта".

Из офицеров больше всех волновались старпомы Рудольф Рыжиков, Владимир Любимов, Геннадий Мелков, Михаил Даньшин. Ведь обещали осенью послать всех четверых на учебу на ВОЛСОК в Ленинград, тем более что у троих последних, пожалуй, наступил последний срок (32 года от роду) для поступления на классы. А начало занятий – 1 октября. Тем же, кто пропустит эту пору, перспективы повышения по службе призрачны, во всяком случае, по командирской линии и по своей специальности. Есть отчего поволноваться! Но наши старпомы – люди неунывающие, верят в свою счастливую звезду, да и время впереди вроде бы еще есть, авось скоро дадут "добро" на возвращение в Сурабаю, а там придется напомнить о себе начальству…

Считаем дни в Битунге. С "Аяхты" депеш ждем "с томленьем упованья", как писал некогда Александр Пушкин. Моряки не унывают, занимаются своим делом. Выдаются и радостные дни, несмотря на некоторую тоску по Родине, родным, своим друзьям и близким.

Наступило 17 августа День независимости Индонезии. Этот день олицетворяет августовскую революцию 1945 г. в стране. Как она начиналась? 9 августа 1945 г. произошло стремительное наступление Советских Вооруженных Сил, приведшее к быстрому разгрому Квантунской армии и освобождению Маньчжурии и Кореи. Япония оказалась на грани поражения. В этих условиях в Индонезии сложилась революционная ситуация, характеризовавшаяся дезорганизацией оккупационного режима, деморализацией японских войск и ростом революционной активности народных масс. Вопреки расчетам японских империалистов объективным результатом оккупации ими Индонезии явились рост национального самосознания ее народа, усиление его стремления к независимости.

В августовской революции участвовали все основные классы и слои индонезийского общества, за исключением тесно связанных с голландскими колонизаторами чиновников и военнослужащих колониальной армии.

Уже 18 августа была принята Конституция Республики Индонезия и поднятее национальный красно-белый флаг. Сукарно объявлен президентом страны (пост Сукарно будет занимать до 12 марта 1967 г., когда его сменит генерал Сухарто). Таким образом, начиная с 1945 г. 17 августа считается Днем независимости Индонезии.

Вечером 17 августа 1962 г. полковник Виджопрайото, по всей видимости, старший начальник индонезийских морских пехотинцев, временно находящихся в порту Битунг, устроил прием по случаю национального праздника в одном из сохранившихся военных складов порта Битунг. На встречу были приглашены офицеры и сверхсрочники экипажа Григория Таргонина и офицеры других лодок, насколько позволяла обстановка и территория склада. Играл оркестр, исполнялись популярные песни об Индонезии. Особым успехом тогда пользовалась песня "Страна родная, Индонезия", исполнявшаяся дважды индонезийскими и нашими солистами каждый пел на своем языке. В ударе был весельчак Валентин Синельников, исполнивший с импровизированной эстрады популярную песню "Айю, мама, мама марабета". Припев песни подхватывали все присутствовавшие в зале. Подавали, конечно, горячительное. Но все было в пределах нормы, весело и непринужденно. Прием закончился своеобразным "братанием" наших подводников с индонезийскими морскими пехотинцами.

Утром 20 августа можно было наблюдать необычную картину. Индонезийские десантники бродят труп пари или по двое в обнимку, о чем-то весело переговариваются и глотают из (бутылок явно не кока-колу. Отчего такое веселье? И кто же спозаранку бойцам разрешил шататься по причалу? Скоро все выяснилось.

Пришла шифровка в наш адрес: "Вопросе передаче Западного Ириана Индонезии решен мирным путем, 20 августа в Сурабаю ушла С-236, за ней с периодичностью 6-8 часов -остальные, последней из бухты Битунг вышла С-292.

Переговоры в Вашин.тоне между Индонезией и Голландией о мирной передаче Западного Ириана Республике Индонезия шли трудно и долго. К счастью, они завершились благополучно подписанием индонезийско-голландского соглашения о Западном Ириане 15 августа 1962 г. По этому соглашению Западный Ириан с 1 октября 1962 г. передается под управление Организации Объединенных Наций. В столице Западного Ириана городе Катабару с флагштока губернаторской резиденции дол жен быть спущен голландский флаг и поднят флаг ООН. По этому же соглашению флаг ООН в Западном Ириане должен быть спущен 1 января 1963 г., вместо него поднят флаг Индонезии. Фактически передача Западного Ириана Индонезии произошла 1 мая 1963г.

Меры, принятые президентом Сукарно по перевооружению и укреплению сухопутных сил, созданию по тому времени современных и боеспособных военно-морских и военно-воздушных сил, привели к успеху мирного решения индонезийско-голландского территориального конфликта. Безусловно, значительный вклад в этот успех внесло участие советских подводных лодок Тихоокеанского флота в операции "Алюгоро".

ПРИМЕЧАНИЕ:

Сукарно (1901-1970) – первый президент Индонезии (1945-1967), один из основателей Национальной партии Индонезии (1927), а затем ее председатель (1929-1931 гг.). С 1933 по 1942 г. находился в тюрьме и ссылке за участие в борьбе против голландского колониального господства в Индонезии. Один из инициаторов Бандунгской конференции, выработавшей принципы "Панча шила" ("Панчасила") – принципы неприсоединения.

Сухарто(р. 1921г.)-президент Индонезии (1968 -1998). С 1963 г. – командующий войсками стратегического резерва сухопутных сил, затем -министр, командующий сухопутными силами Индонезии.