Ну до чего же японские газеты, впрочем, кок и многие другие, привержены состовлению заголовков, серьезно искажающих смысл события и выдающих желаемое за действительное.
Но первой полосе газеты "Асахи" от 3 июля 2008г. была помещено статья, озаглавленная "Северные территории" – шанс но решение". Разговор шел об интервью Президента России Дмитрия Медведева в преддверии саммита но Хоккайдо представителям СМИ стран "восьмерки". Вообще, содержание его ответа но неизбежный вопрос японского корреспондента интересно тем, что являет собой новый этап в российском восприятии этого давнего и неприятного момента в российско-японских отношениях.
Во-первых, постоянно употреблявшееся ранее выражение "территориольноя проблема" в устах Президента стало звучать как "пограничный вопрос и связанное с ним заключение соответствующего договора". Отметим: не "мирного", о "соответствующего", и это во-вторых.
В-третьих же, лидер Российского государство совершенно четко определился по времени; "Мы не должны пытаться достигнуть максимальных результатов за короткий период, потому что, скорее всего, они невозможны". Долее он произнес обязательные слово о том, что "мы должны открыто обсуждали те идеи, которые уже существуют, и те идеи, которые формируются". И все, и точка.
Суммируем: в двусторонних отношениях есть "вопрос", связанный с возможностью заключить "соответствующий договор", причем "за короткий период" этого достичь будет "невозможно". Японским правым и консерваторам надо бы рвать на себе волосы, чем они, возможно, в ближайшем будущем и займутся.
Вопрос этот (или по-старому "территориальная проблема") в российско-японских отношениях стал уже настолько до скуки привычным, что внимание на него обращают лишь те, кому с ним приходится иметь дело по работе: прежде всего дипломаты двух стран, историки и немногочисленные искренние "патриоты", которым не дают покоя события полувековой давности.
Действительно, для молодого поколения и России, и Японии выражения "северные территории" или "южные острова Курильского архипелага" либо неизвестны и неинтересны вообще, либо означают не более чем "они нам их не отдают", и "мы им их не отдадим".
Схематично предыстория вопроса выглядит так:
7 февраля 1855 года в городе Симода был подписан Трактат о торговле и границах между Россией и Японией, по которому госграница была установлена между островами Уруп и Итуруп. Острова Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи
были признаны территорией Японии, а к северу от острова Итуруп – России; Сахалин определили как район совместного проживания русских и японцев.
7 мая 1875 года был заключен Трактат между Россией и Японией, по которому Россия уступала соседу все Курил острова Япония отказывалась в ее пользует Сахалина.
По итогам русско-японской войны в 1905 году был подписан Портсмутский мирный договор, по которому южная часть Сахалина отошла к Японии.
По результатам второй мировой войны в 1951 году подписан Сан-Францисский мирный договор, по которому Япония отказалась "от всех прав, правооснований и претензий на Курильские острова и южную часть Сахалина".
Совместная советско-японская декларация от 19 октября 1956 года, по которой "в качестве жеста доброй воли" и "после заключения мирного договора" предполагалась "возможность" передачи Японии острова Шикотан и группы островов Хабомаи.
Несмотря на то, что статья 2(с) Сан-Францисского договора без каких бы то ни было разночтений гласит, что Япония откажется от всяких прав на гряду Курильских островов (Тисима рэтто) и Южный Сахалин (Карафуто) – территории к северу от Японии, над которыми осуществлялся ее контроль до 1945 года, японский МИД настаивает на том, что его страна никогда не признавала Итуруп и Кунашир частью заявленных Курильских островов. Это не соответствует истине, достаточно вспомнить ответ государственного секретаря Джона Фостера Даллеса, являвшегося главой американской делегации при заключении Сан-Францисского договора. На просьбу определить территорию Курил он сказал тогда, что следует только исключить Хабомаи (Шикотан тогда считался частью всего архипелага). Можно напомнить и слова завбюро МИД по международным договорам Кумао Нисимура, которого спросили в японском парламенте, включает ли слово "Курилы", употребленное в тексте Сан-Францисского договора, Итуруп и Кунашир. Он без малейших колебаний ответил, что в него входят как северная Тисима, так и южная Тисима (Итуруп и Кунашир).
Дело, впрочем, не в территориях, причина гораздо глубже. Япония не считает себя побежденной СССР (Россией), возможно, отчасти потому, что в августе 1945 года ни один советский солдат не ступал на территорию Японских островов. С Америкой же у нее шла настоящая тяжелая война, в которой были и удачи, и поражения. Боевые действия между советскими войсками и Квантунской армией были непродолжительными, хотя и достаточно интенсивными – безвозвратные потери СССР за три недели августа составили более 12 тыс. чел. Поэтому, как бы отрицательно ни относились японцы к американскому военному присутствию в своей стране, сколько бы преступлений ни совершали военнослужащие США, что бы ни говорили в личных беседах о том, что Япония чересчур покорно следует всем вывертам американской политики, это до сих пор поведение поверженного противника, признавшего превосходство победителя и, безусловно, ему сдавшегося.
В отношениях с Россией ситуация прямо противоположная: в Японии упорно предпочитают вспоминать лишь события вековой давности, Цусиму и благородство своих военачальников, навещавших плененных русских командиров в госпиталях, а также "вероломное нарушение договора о ненападении" в августе 1945 года. При этом полностью игнорируется японская интервенция на Дальнем Востоке 1918 – начала 1920-х годов, Хасан, Халхин-Гол, "отряд 731" под Харбином, готовивший бактериологическую войну, и многое другое. А ведь И.В.Сталин с его авторитетом мог настоять на выделении СССР своей зоны оккупации. И оказалась бы Япония разделенной, как Германия, Корея, Вьетнам… Но Советский Союз не желал унижения или мести Японии. Наши войска провели операцию, которую сегодня назвали бы "принуждением к миру", освободив северный Китай и Корею от жестокого колониального правления. И это японцам надо понимать и, по справедливости, уважать.
Переговорный процесс по территориальному вопросу пошел по кругу: вот уже который год на встречах различных уровней стороны ограничиваются констатацией неизменности своих позиций. Россия вновь и вновь предлагает реализовать предложение Декларации 1956 года, то есть подписать мирный договор, после чего передать (а не вернуть) остров Шикотан и группу необитаемых островов Хабомаи. Все это говорит о последовательности российской внешней политики. Среди японских же политиков все чаще можно услышать высказывания о том, что возможность быстрого решения вопроса, якобы просматривавшаяся в начале ельцинской эпохи, безвозвратно утеряна. Однако запущенный маховик пропаганды продолжает работать, и Президента Медведева на саммите "восьмерки" у озера Тоя на многих вещах встречал логотип с указанием четырех южнокурильских островов как продолжения Хоккайдо.
Некоторым японским политикам, по-видимому, нужен реванш, "восстановление исторической справедливости" (в их понимании). В годы "холодной войны" в отношении С,ССР ими была сформирована концепция "неразрывности политики и экономики", что подразумевало минимизацию всех бизнес-контактов и деловых проектов до тех пор, пока не будут возвращены острова. А буквально на днях министерство образования Японии демонстративно объявило о том, что в учебниках истории для средних школ будет упоминание о "незаконной оккупации Советским Союзом северных территорий", и подчеркнуло необходимость формирования у учащихся "правильного исторического сознания".
С российской стороны в ответ на последние шаги Японии прозвучало заявление представителя МИД России А. Нестеренко. "В МИД России обратили внимание на начавшиеся несколько недель назад попытки японской стороны, воспользовавшись саммитом "Группы восьми" на Хоккайдо, привлечь дополнительное внимание международного сообщества к японо-российской территориальной проблеме. Причем в соответствующих публикациях эта проблема преподносится в тенденциозной односторонней интерпретации, – сказал дипломат. -Принципиальная позиция Российской Федерации состоит в том, что южные Курильские острова вошли в состав нашей страны по итогам второй мировой войны и российский суверенитет над ними, имеющий соответствующее международно-правовое оформление, сомнению не подлежит".
Совершенно очевидно, что, придерживаясь радикальных подходов типа "мы вас победили в войне, так что острова наши, и точка" и "вы обязаны отдать незаконно оккупированные территории", вряд ли куда-нибудь придешь. Единственной возможностью представляется развитие взаимного доверия, которое, к сожалению, отсутствует, по крайней мере с японской стороны. Пока в японском общественном мнении будет насаждаться представление "русские ненадежны, им верить нельзя", ситуация не сдвинется с места. Доверие же друг к другу не появляется вдруг, но строится долгим эволюционным путем
И очень отрадно, что примером построения взаимного доверия между нашими странами стали отношения между Тихоокеанским флотом России и морскими силами самообороны Японии. Всего 12 лет назад состоялся первый визит – японского корабля во Владивосток на празднование 300-летия Российского флота. И за этот ничтожно короткий по историческим меркам срок наши флоты создали атмосферу взаимопонимания, дружбы и сотрудничества, причем в самой гуманной сфере – оказании помощи терпящим бедствие на море и при ликвидации последствий стихийных бедствий.
Так что политикам и дипломатам есть с кого брать пример. Вот только надо научиться отбрасывать ненужные амбиции и перестать жить прошлыми "обидами".
