Статус человека военного – особенный статус. Проходя службу в отдаленных гарнизонах, лишенных зачастую элементарных бытовых удобств, подвергая свою жизнь опасности в "горячих точках", он справедливо рассчитывает, что, выйдя но заслуженный отдых, будет жить достойно. Тем обиднее ему наталкиваться на равнодушие, непонимание, о порой и противостояние людей, от которых волею судьбы зависит реализация его законных прав. Засилье бюрократии, когда каждый документ тянет за собой еще три, одно из давних российских проблем.

И тем приятнее сознавать, что ты не один. Но твоей стороне сражаются люди неравнодушные, сами прекрасно знающие, что значит военная служба. В том числе люди, реально стоящие у рычагов законодательной власти и действительно способные помочь. В Приморье создано и успешно работает комиссия Законодательного собрания Приморского кроя по роботе с военнослужащими, сотрудниками провоохронительных органов, ветеранами силовых структур. членами их семей. О ее деятельности мы попросили рассказать секретаря комиссии – руководителя общественной приемной Приморского ЗакСа по оказанию помощи военнослужащим, гражданам, уволенным с военной службы, членам их семей, председателя Приморской краевой организации Общероссийского профсоюза военнослужащих Юрия ТАРЛАВИНА.

Юрий Алексеевич, чем занимается комиссия по делам военнослужащих?

Практически всеми вопросами, так или иначе связанными с социальной защитой военнослужащих. В основном в поле нашего внимания – ветераны, члены семей военных, в том числе погибших и получивших ранения в войнах и "горячих точках".

Создание такой комиссии – необходимость, продиктованная временем. То, что сейчас происходит в правовом поле в вопросах социальной защиты людей в погонах, вызывает беспокойство. Немало проблем и с известным "122-м законом". Хотя это всего лишь нормативно-правовой акт, вносящий изменения в другие законы. Притом что закон о монетизации за два года до его принятия опробовали на военнослужащих. Когда отменили льготы по оплате жилищно-коммунальных услуг, надбавку к пенсии… Точнее, заменили на денежные выплаты, которые, понятное дело, в связи с инфляцией очень быстро обесцениваются. Этот закон еще и не выполнялся как следует: так, он предусматривал ежегодную индексацию выплат, а ее не проводили три года.

Сейчас сложность еще и в том, что закон "О статусе…" перестал быть законом прямого действия. В нем как минимум три положения фактически отданы на откуп региональным властям. Многие социальные гарантии зависят от поддержки краевых властей и органов местного самоуправления.

Так что создание и работа нашей комиссии при краевом парламенте – фактически единственное подтверждение того, что государственная власть в крае оказывает военнослужащим и военным пенсионерам какую-то поддержку. Возглавляет комиссию Владимир Масловский, заместитель председателя ЗАКС ПК. В ее составе – восемь депутатов, которые представляют те регионы края, где много воинских частей и военных городков. Они не сидят сложа руки, часто выезжают на места, знакомятся с жизнью и бытом военных в гарнизонах. Такой подход позволяет членам комиссии видеть реальные проблемы людей в погонах и уделять им должное внимание, принимая взвешенные и грамотные решения.

Самые разные. В общественную приемную обращаются ветераны, действующие военнослужащие. Конечно, чаще всего людей волнуют вопросы жилищные. Задают вопросы по пенсионному обеспечению, расчету выслуги лет. По различным выплатам, положенным по закону.

Почему, несмотря на все меры господдержки, которые предпринимает правительство России в отношении военных, проблемы зачастую возникают?

Причин несколько. Во-первых, часто это неопределенность формулировок законодательства, которая позволяет чиновникам трактовать его в свою пользу. Во-вторых, правовые коллизии – попросту несогласованность между нормативно-правовыми

актами. К сожалению, многие принятые законы ущемляют права тех же военнослужащих по призыву. Чтобы не быть голословным, приведу пример.

До недавнего времени существовал порядок, при котором "срочнику" давали справку о том, что он служит, и его долю вычитали из квартирной платы. Теперь стало по-другому: военнослужащие данной категории предоставляют справку после своего увольнения, и на этом основании производится перерасчет. Но, во-первых, за те два года – год, что он служит, все эти МУПы, ПЖЭТы и иже с ними ликвидируются, на их месте создаются новые… Да еще рост цен на тарифы ЖКХ и инфляция. Во-вторых, если военнослужащий – сирота, до призыва являлся единственным собственником квартиры (был, кстати, реальный такой случай), то во время его службы кто будет платить за жилье? Коммунальщики не церемонятся: сейчас, по новому Жилищному кодексу, уже через пять месяцев неоплаты у него могут начаться большие проблемы.

Власти предлагают решать подобные ситуации так: сниматься с регистрационного учета по месту жительства, то есть попросту выписываться из квартиры на время службы по призыву. Но это чревато вообще потерей. Здесь как минимум два сложных вопроса: это повторное заселение жилья и реализация ГЖС.

Корень проблемы кроется в новом законодательстве. Есть правовая коллизия: новый Жилищный кодекс и закон о местном самоуправлении не предусматривают обеспечение жильем федеральных очередников за счет муниципального жилищного фонда. Но дело в том, что в середине 90-х очень много квартир для военных было передано местным властям по указу президента. Строится новый дом для военных – его целиком отдают муниципалитету, поскольку мы не являемся закрытым военным городком. Таков порядок. Но когда военный квартиру освобождает, местные власти не дают права никого туда повторно заселять. Они совершенно правомерно заявляют: извините, вот закон, мы не должны обеспечивать вас жильем, а эти квартиры наши.

Особенно сильно это ударило по Уссурийску. Когда там расформировали УВВАКУ, многие офицеры получили назначения в другие города страны и начали сдавать там квартиры. Мы пытались заселять туда очередных бесквартирников, но городские власти воспротивились. Они просто при снятии с регистрационного учета требуют, чтобы бывший хозяин приносил ключи от квартиры.

У местных властей своя позиция. Они вложили деньги в это жилье, отремонтировали, теперь отдавать не хотят, и это вполне можно понять. Эту проблему надо решать законодательно. Вариант, который предлагает муниципалитет, нам тоже не подходит: они хотят, чтобы мы у них жилье арендовали. Но дело в том, что тот договор служебного найма, который в этом случае заключается с военным, ущемляет его права: он не является собственником, не может, к примеру, установить в квартире телефон, оформить субсидию, даже голосовать не может, не написав заявления! А это уже прямое нарушение избирательного права.

Социальная защита ветеранов, военных пенсионеров, наверное, самая болезненная тема? Ведь это наиболее незащищенные категории граждан…

Да, здесь проблем, честно говоря, больше всего. Например, когда в крае была разработана программа социальной поддержки ветеранов до 2012 года, ту да забыли включить тех, кто воевал в "горячих точках" – Карабахе, Приднестровье, зоне грузино-осетинского конфликта… Таких у нас немного, всего полтора десятка семей.

Мы обратились к губернатору, он нас поддержал, и ошибку исправили.

Было и остается много-проблем с членами семьей погибших военнослужащих. В советское время они приравнивались к ветеранам Великой Отечественной и получали прибавку по 1200 рублей в месяц. Закон о монетизации резко ухудшил их положение: они стали получать по 150 рублей. Кроме того, приняли решение, что если вдова не достигла пенсионного возраста, ей вообще не платить этих денег. Был муж – не стало мужа, была льгота – не стало льготы, была выплата – и ее отобрали. Мы по этому поводу обратились в Генпрокуратуру, они нас поддержали, и мы по большей части права вдов на получение этих денег восстановили.

Была проблема получить субсидии на оплату жилья в закрытых военных городках – по закону такое право есть, а в бюджет заложено не было. Два с половиной года люди ничего не получали. Была очень большая переписка с Президентом, правительством, Министерством обороны, Генпрокуратурой. Это право мы отстояли – деньги стали выплачивать.

Также отстояли право на ремонт индивидуальных жилых домов членов семьей погибших. Все это было прописано в законе, но был нюанс:

Такое положение приводит к казусам: поехал у нас пенсионер на лечение, а операцию перенесли на два месяца, он вернулся домой. А когда снова понадобилось ехать, ему говорят: а ты до конца года не пенсионер, твоя пенсия проплачена в счет проезда…

Мы несколько раз обращались в Государственную Думу, в Минобороны. Но их этот вопрос не сильно волнует – цены авиабилетов там на Западе несопоставимы с нашими, так что проблема эта опять-таки дальневосточная, к тому же труднорешаемая.

А самые тяжелые наши "клиенты" – это, безусловно, вдовы. Они выпадают из правового поля – им не положен перерасчет пенсий по потере кормильца. Я часто привожу законодателям и чиновникам пример вдовы офицера-подводника, погибшего на одной из лодок: пенсия у нее около 1300 рублей. Как ей на эти деньги жить?

Но все же комиссия эффективно решает многие вопросы, и ее работа оценивается очень высоко.

Отрадно видеть, что многие социальные проблемы военных в последнее время все же решаются. Особенно пенсионеров – они здесь самое незащищенное звено. Ведь человеку, посвятившему всю жизнь службе Отечеству, больнее всего, когда о нем забывают или тем более ущемляют в правах. Ему так важно чувствовать поддержку государства, ради защиты интересов которого он отдал молодость и здоровье. Важно чувствовать, что он не один на один с бюрократией и произволом…